понедельник, 8 апреля 2019 г.

Где, как и почему я впервые встал на горные лыжи. Предыстория



На мой вопрос в Фейсбуке "Где вы впервые встали на горные лыжи?", народ среагировал довольно активно, получился интересный срез темы (самое бурное обсуждение было в группе Путешествие, горы, лыжи"). И понял, что и сам просто обязан тоже ответить на этот вопрос.

У меня ЭТО произошло в начале марта (точно день не помню) 1976 года, на Северном выкате Чегета.

Скажу сразу: я попал в Терскол в какой-то мере даже против собственномго желания. Не было никакой мысли, чтобы сделать горные лыжи своим занятием, тратить время на освоение техники и пр. Просто разовая поездка, посмотреть, отметиться и забыть...



Но результаты поездки оказались совсем другие: по возвращению в 20-х числа марта в Москва на полученную последнюю стипендию (в феврале защитил диплом МИФИ) я купил за 45 рублей б/у "Ботас" у Толика Яновского (он учился на год младше), а на первую зарплату на "послевузовоской" работе (в апреле) – Polsport ALU 200 см. (100 руб,), крепления КЛС-4 (20 руб) и палки… Потом, загодя, еще летом, озадачил отца просьбой достать мне (и моим друьям – это отдельный разговор) путевки на март 1977 года на турбазу "Терскол". А осенью с помощью тестя "пристроился" в горнолыжную секцию НИИВТ, у которой была отличная по тем временам база в районе Нижних Котлов, быстро войдя в состав "актива" (уже независимо от тестя - участие в субботниках, выступление за сборную секции на отраслевых совернованиях и вообще хорошая компания была).

Самое удивительное в моем "горнолыжном старте" заключается в том, что я, имея реальные возможности заниматься горными лыжами еще в студенческие годы, в том числе ездить на ту же ЦВТБ "Терскол" (во второй половине 1960х мой отец был "начальником армейского туризма" и турбаза "Терскол" – а также "Красная поляна", "Кудепста" и другие – создавались под его начало и во многом благодаря его активности, подробно об этом тут - "Как создавалась система туризма МО" , но горными лыжами несколько лет спустя я начал заниматься совершенно независимо от отца), и будучи относительно спортивным парнем (футбол, хоккей, беговые лыжи, велосипед – на любительском уровне, но выше среднего), вполне сознательно не хотел этого.

Но что касается горных лыж, то у меня против них было почему-то устойчивое предубеждение, я искренне считал, что это "пижонское" занятие, которым занимаются одни снобы с "распальцовкой".

Сразу скажу: я изменил свое мнение в первые же дни пребывания в Терсколе. И с тех пор считают именно горные лыжи одним их самым демократических видов "активного отдыха", которому как раз чужда "распальцовка" (точнее, конечно, снобы встречаются, но я считаю это отклонением от нормы.

Тут еще нужно вспомнить немного историю горнолыжного дела в СССР тех времен (как я ее представляю сегодня).

Как я понимаю, в середине 1960х у руководства СССР появился некоторый интерес к развитию зимних видов спорта. Во многом благодаря успехам на зимних Олимпиадах 1964 (Инсбрук) и 1068 (Гренобль), победам наших хоккеистов и фигуристов. По этому поводу решили создавать "горнолыжные стадионы", именно для подготовки спортсменов и соревнований…
И главным стадионом в конце 1960-х был выбран Чегет
Тогда же стали появляться другие центры – Кировск, Славск (Карпаты), Чимбулак, позднее – Гудаури, Таштагол, Шерегеш, Камчатка... Не знаю истории Домбая, но, наверное, там было так же.

Сразу скажу, что с идей создания "горнолыжных стадионов" в СССР "довольно быстро завязали - уже через 10 лет Чегет перестал быть таковым. А горнолыжный туризм, который поначалу никто и не собирался развивать, как раз сформировался, хотя и в "советском варианте"

Это очень важно: если в Европе (и США) ключевым направлением был коммерческий туризм, а спорт дополнением к нему, то в СССР было ровно наоборот.
Собственно, стратегическая беда Терскола (Чегета) заключается именно в том, что он создавался как спортивный центр, которые потом был преобразован в туристический, но фундамент был изначально "не тот" и потом все пошло не в ту сторону.
Более того, ровно то же происходит сейчас: беда Красной поляны заключается в том, что это был олимпийский имиджевый (а не туристический) проект…

В конце 1960х в СССР наметилась некоторая мода на горные лыжи.
Проблема была только в том, что такого снаряжения СССР не выпускал, да и не мог – уже не хватало технологий.

С конца 60х модной темой журналов ("Юный техник", "Техника молодежи" и пр.) были статьи "сделай сам", причем отдельным направлением было именно "зимний активный отдых". Как из деревянных охотничьих лыж сделать горные (сделать металлические канты), как из валенков и эпоксидки сделать "горнолыжный ботинок", как самому собрать "лыжное крепление".

Помню, некоторые мои одноклассники в 10-м классе (1969-70) доставали "полоски дюраля", из которых сами делали кант (крепился винтиками) к охотничьим деревянным лыжам. Ну, а наша оборонная промышленность "втихаря", подпольно делала "железяки". Самое известное изделие – титановые бугеля (титана было полно!). Мой старший брат Юра (на 14 лет старше) работал на Московском авиаприборостроительном заводе. Выдающийся (подпольный, конечно) проект их КБ – изготовление аналогов французских креплений Look (модель "пушка"). Кто-то привез в СССР, тут это все разобрали и сделали несколько штук. Я, так понимаю, что это изделие было реально "на вес золота".





Не знаю с какого времени, но в начале 1970х на горных лыжах уже катался мой брат Юра. Он катался и в Подмосковье, ездил в Терскол. Кажется, в 1973 году с ним в Терскол поехал и брат Сергей (он на 7 лет старше меня), но его г-лыжи не увлекли – на этой поездке все и закончилось.

Для меня основным видом спорта был футбол, летом – велосипед (но это был не спорт, а "активный отдых"). Байдарки и теннис появились позднее, уже после вуза и горных лыж.

Зимой я катался на беговых лыжах, но без фанатизма (в МИФИ мы с Гариком записались в "лыжную секцию" – это была отличная халява. На занятиях мы играли в футбол, нужно было только за зиму поучаствовать в 3-4 соревнованиях-забегах, я даже пару раз пробежал "десятку" на уровне 3-го разряда).

На лыжах мне нравилось как раз кататься с горок, ездили иногда в Подрезково, где уже появились небольшие подъемники и были горнолыжники, но желания перейти на горные лыжи не было. У Юры была книга "Лыжи по-французски", Сергей собирал книги серии "Звезды мирового спорта", в том числе была книга Жана-Клода-Килли, в которой вторая половина посвящена "обучению и советам" (они потом пригодилась).

В зимние студенческие каникулы я валял дурака. Только на 1й и на 2м курсе ездил в Подмосковные д/о-турбазы, а в последующие годы просто болтался в Москве…

Кстати, из-за горных лыж я с 1976 года я сразу забросил беговые лыжи, потом довольно быстро и футбол (мы играли в основном зимой).

Это "футбольное фото". Март 1972 года (2-й курс института), спортплощадка в нашем дворе): брат Сергей, Андрей Богдасаров, одноклассники - Игорек Арбеков и Саша Карабутов (удивительное дело - мы учились в 444 матшколе, она была совсем в другом районе, до нее нужно было ехать 40 минут, а в нашем дворе жило три человека из нашего "Б"-класса, а еще два парня жили в соседних домах. Все пять человек перешли в 444-ю совершенно независимо друг от друга и почему-то попали в один "старый" класс)



В Богородском лесу (почему-то именно так тогда мы называли Лосинл-Погонный остров) примерно в те же времена.


На зимних каникулах первого курса в доме отдыха "Колонтаево" в Подмосковье


Что объединяет все эти три фото? Шапочка и тренировочный полушерстяной костюмчик...
Вполне возможно, что в таком прикиде я и в Терсколе катался... Жуть!




Идея поездки в Терскол созрела осенью 1975 года, инициатором была Киса ("надо быть в тренде!"), которая потом не раз говорила – "Всеми своими спортивными хобби (+ теннис, байдарки") ты обязан моим инициативам. Но я никак не думал, что ты воспримешь все это так серьезно". Я могу согласиться с этим тезисом лишь отчасти – коньки, велосипед и футбол начались раньше…

В феврале у нас была защита диплома в МИФИ, потом нам полагался месяц каникул перед выходом "в трудовую жизнь". Время было совсем пропащее, тем более, что с нами решил еще поехать мой старших брат Юра, которые уже много лет катался на горных лыжах и не раз бывал на ЦВТБ. Отец без проблем достал (обратите внимание - в советские времене путевки именно "доставали", а не "покупали", хотя деньги нужно было платить – жуткий дефицит!) нам путевки. И в первых числах марта мы отправились на ночном поезде Москве-Кисловодск до Минвод. Четвертым в нашей команде был товарищ Юры по работе (кажется, начальник его отдела, Юра был завлаб).

Сразу скажу, что Юра катался не очень сильно – класс 2-3, а его товарищ был сильнее – класс 4 (самый высокий).

Поезд пришел в Минводы ранним утром, часа в 4, мы на вокзале ждали "базовские" автобусы ЛАЗ (трансфер).




Путевки (полная стоимость) стоили в районе 100 руб. (у военных была льготы, нужно было платить 25-50% - точно не помню, "члены семей" (как мы были) – что-то около 80 руб., заезд на две недели. Напомню, что заплата инженера после вуза была 120-140 руб (грязными, с них еще брали налоги – подоходный и "за бездетность").

В стоимость путевки входил полный пансион (жилье, трехразовое питание и трансфер – от Минвод до базы и обратно, но базовские скибасы до горы) и Инструктор! Через несколько лет за автобусы собирали на месте дополнительные деньги, но вполне умеренные.
Прокат инвентаря – за деньги, но умеренные.

Смена – две недели, при этом 4 дня – "пересменка", рано утром народ уезжает, на этих же автобусах приезжает новый контингент. В 80х "пересменка" сократилась до трех дней.

Еще один любопытный момент. В 76-84 гг трансферные базовские автобусы (львовские, 3-4 штуки) отходили от жд вокзала Минвод в 11 утра. Поскольку основной народ приезжал на поездах, утренних. В аэропорт автобусы не заходили. Народ мог успеть на автобус, только прилетев первым рейсом из Москву (приземлялся в 10 утра) и оттуда быстро-быстро до жд на такси.
С годами благосостояни трудящихся росло и стало много народу летать. Основное отправление автобусов переместилось на 13-14 часов от аэропорта, от жд ходил только один базовский автобус или заезжали из аэропорта...

Короче, часов 10 утра мы начали грузиться в автобусы и в 11 часов двинули в путь. Но уже в при посадке и в пути я почувствовал что-то неладное. Было видно, что чуть ли не половина "туристов" были знакомы между собой. Народ весело приветствовал друг друга, заводил разговоры, вспоминал старые дела.

Сидя в автобусе я услышал странные разговоры.
- Привет, ты уже которые раз в Терскол?
- Пятый!
- А я – восьмой!

В моем представлении ездить в одно и то же место – это дурной вкус. А нормальный отдых – это летом на море (при том, что на море я был последний раз в 1967 году, после окончания седьмого класса, с братом Сергеем в Красной поляне – Кудепсте...).

Но внешнему виду народ в автобусе не был похож на снобов, но из разговоро я сделал вывод, что туристы-горнолыжники – это совсем не ударники коммунистического труда, а, скорее, лодыри и неудачники, которых начальство отправляет в отпуск в самое плохое время года – зимой.

Мы приехали на Центральную военную туристическую базу "Терскол" ("центральная" - центрального подчинения Управлению по туризму Минобороны, были еще окружные - по военным округам).



Тогда бокового двухэтажного корпуса (где клуб, туркабинет, бассейн и пр.) еще не было. Регистрация приехавших проходила в каком-то закутке около лифта.
На 100 процентов не скажу, но, кажется, прямо тут проходило и распределение туристов по классам групп – 1 (новички), 2, 3, 4 (самые сильные).
Критерий распределения был очень просто – стаж катания.

При регистрации пожилой мужичок (наверное, инструктор?) спрашивал: сколько лет катаетесь?
И сходу определял:
0-1 года – 1 класс,
2-3 года – 2 класс …

На самом деле, простой, но вполне разумный подход. Тем более, что это был не "приказ", а "рекомендация". Кто-то из туристов сразу говорил – "нет, я уже был в 1-м, мне нужно во 2-й) (а кто уже катался, тот обычно и бывал на турбазе, поэтому представлял, какой класс ему подходит).
Это была предварительная "распределиловка", которая уточнялась на следующий день на "смотринах" на склоне.

Нас с Ирой этот вопрос не волновал никак – нам в 1-й класс, "сотая группа".
"Завтра утром будет общая вступительная беседа, после которой вас разделят на конкретные группы".

Сегодня главное было устроиться с жильем. Но тут все было по отработанной схеме.

Жилой корпус ЦВТБ – стандартная советская восьмиэтажная общага (турбаза "Чегет" – такая же).
На этаже 12 блоков (6+6). Каждый блок – две комнаты+предбанник+общий туалет+душ. В большой комнате – 4 человека (но тут есть умывальник), в маленькой – 2 человека.

В маленькие комнаты сели "пары старших офицеров" и "блатных" (но их было мало).
У нас отец был уже "не начальником", так что мы с Юрой и его коллегой поселились с кем-то в четырехместном, Ира – в женской "четверке".

Да, еще важный момент!
Опытные туристы старались поселиться на 1-й этаж. Несколько важных причин
- Можно было попасть в номер через балкон (в 23 часа вход в корпус закрывался!!!!)
- Была гарантировано горячая вода в душе (в часы пик, по утрам и после катания, все шли в душ и напора на верхние этажи не хватало, но ситуация изменилась в 1980-м – был построен бассейн и новая котельная, давления хватало и в часы пик).
- Не нужно было связываться с лифтом, который порой нужно было долго ждать…

Так, все. Приехали, заселились… Завтра – первый раз горные лыжи!


1 комментарий: